[Муся Железнодорожная]

продолжение:

Огромная милитаризация. 10-15% студентов — военные. Как американские, так и международные, в тч много Израильских военных. Соотвественно в школе дофига шпионов всех мастей из всех стран мира. Включая Китай. Это не закрытая инфа — про нас есть целая глава в книге Spy Schools.

Ориентироваться в огромном Гарварде с нулем поддержки сложно. Абсолютно всё, от стажировок и работы на профессора, до ивентов нужно узнавать через нетворк. Нет нормально организованной системы информации. Не нетворчишься — не получишь работу.

Часть профессоров тоже не блестящая. У меня много вопросов к тому, как некоторые люди здесь оказались. Причем каждый год на них жалуются студенты.
Разделение между белыми американцами и другими американцами + международными студентами реально.

Я никогда не думала, что увижу настолько разделенное общество. Потому что у нас таких сильных водоразделов нет (ну кроме лидерства в некоторых оппозиционных организациях, где абсолютно все будут из старых интеллигентских семей из центра Москвы, кек)

Теперь о хорошем!
1) Большинство профессоров — самые блестящие и умнейшие люди в мире. А ещё они все очень скромные. Не видела никого с огромным самомнением и ощущением собственной важности (что как раз в восточной европе среди начальников повсеместно).

Ко многим профессорам я хожу поговорить как на психотерапию. Мы просто говорим о жизни. И несколько таких разговоров меня вытащили в эти сложные февраль и март для нас всех.
Им искренне интересно мнение студентов. Ты чувствуешь себя на равных.

Весь этот год я работала с Erica Chenoweth, наверное, самыми известными специалистами по протестам сейчас. У нас в школе есть целая лаборатория, Non-Violent Action Lab, где мы изучаем протесты и революции — и почему в последние годы мирные протесты резко перестали работать.

При всём этом, возвращаясь к дуальности Гарварда, тут будут этически очень сомнительные люди, которые, например, помогали развязывать войны. Декан моей школы закрыл лабораторию по дезинформации, которая расследовала Facebook, после того, как Meta задонатила Гарварду очень много.


Я точно стала гораздо сильнее в этом месте. И встретила вдохновляющих людей. Но также у меня и сильное разочарование и в Гарварде — и в американской политике вообще. Гарвард ощущается как динозавр из прошлого, где всё ещё правят оборонщики и доноры. Который ещё не осознал 21 век.

За год у меня немного изменились интересы, я ушла в чуть более широкое поле политики будущих технологий и экзистенциональных рисков для человечества, но в то же время с фокусом на автократиях и правах человека, то есть, например, как ИИ может быть использован диктаторами


Также достаточно внезапно увлеклась космической политикой (гонка вооружений за добычу ископаемых на Луне, построение космической цивилизации и вот это всё). Но с паспортом РФ и тем, как космос связан с оборонкой, перспектив кроме академии для меня нет, поэтому это больше хобби

Про мой бэкграунд: я работала в российской правозащите в последние годы, конкретно была пресс-секретарем ОВД-Инфо в первый год большой войны. До этого работала в организациях, которые более не существуют. Также в Грузии волонтерила немного по проектам с украинскими беженцами.

Главной причиной поехать именно тогда учиться было желание развиваться дальше, но мне казалось, что в секторе оппозиции / правозащиты / медиа я уже практически всё умею — и рост будет дальше медленным. Мне хотелось же научиться делать более масштабные проекты —

Чтобы потом принести лучшие практики обратно в Восточную Европу. У меня много бэкграунда в международных отношениях и я у основном занималась работой с иностранными журналистами и международными организациями — и мне хотелось и дальше быть таким линком.

короче, ждите. Оне при случае приедут обратно и покажут фсем как ими управлять.